- Хаим, оказывается, у тебя брат в Израиле, - говорит жена. - Почему ты раньше не говорил мне, что у тебя есть родственники за границей?
- Ха! Разве они за границей? Это я за границей!

Два Еврея своими обрезами наводии страх на весь поселок.

Рабинович встречает Абрамовича и жалуется:
- Не жизнь, а кошмар какой-то, с работы уволили, жена ушла, сына посадили...
- Ничего, ничего, - успокаивает его Абрамович, - жизнь, она, как зебра, полоса черная, полоса белая, полоса черная, полоса белая. Так что не расстраивайся.
Через месяц они встречаются снова, и Рабинович говорит:
- Послушай, ты, когда говорил про зебру, был действительно прав тогда у меня была белая полоса.

Абрам Саре:
- Сара, давай договоримся, если кто-то из нас первый умрет, то я сразу же уеду в Израиль.

Советские евреи делятся на храбрых и отчаянных. Первые уезжают, вторые остаются.

Стук в дверь:
- Здесь живет Рабинович?
Голос из-за двери:
- Разве это жизнь?

Старая еврейка в магазине.
- Что стоит эта рыба?
- Это окорок.
- ... Меня не интересует что это. Я спросила что стоит эта рыба!

У Абрамовичей были гости, в том числе и Рабинович. На следующий день Сара звонит Рабиновичу и говорит:
- Знаете, Рабинович, вы больше к нам не приходите.
- Почему?
- А после вашего ухода у нас серебряная ложка пропала.
- Но я не брал!
- Знаю, что не брал, я уже ее нашла!
- ?
- Нашла-то нашла, а осадок остался.

Еврей приезжает в Нью-Йорк, заходит в ресторан и спрашивает:
- Скажите, а где тут работает Сара?
Тот указывает на стойку бара. Еврей подходит к Саре и говорит:
- Вы мне так понравились. Я предлагаю вам двести долларов.
Cара посмотрела на него: старый, толстый, лысый. Но 200$ в Нью-Йорке - деньги, и согласилась. То же самое повторилось на следующий день. А на третий, когда они лежали на кровати Сара спросила:
- Вы такой богатый человек, откуда вы?
- Из Иерусалима, - отвечает еврей.
- Так у меня там живет тетя, - говорит Сара.
- Правильно. Это она просила вам передать 600 долларов.

Еврей спрашивает у раввина:
- Ребе, что бы вы больше хотели иметь: пять тысяч рублей или пять дочерей?
- Пять дочерей, - отвечает раввин.
- Почему?
- Потому, что сейчас у меня их восемь.